Вопреки всем законам статистики и житейской логике наша героиня в 44 года стала мамой в восьмой раз, пережив самую страшную потерю – внезапную смерть мужа. Она осталась одна с детьми и большим хозяйством – коровами, покосами, домом.
Что помогло не сломаться, где она черпает силы, когда кажется, что их совсем нет, и почему многодетность сегодня – это не подвиг или безрассудство, а осознанный выбор самых счастливых людей? О тихой радости материнства, вновь обретённой любви и главных семейных ценностях, на которых держится этот мир, рассказала в интервью нашей газете многодетная мама – педиатр Ольга Сорокина.
– Ольга, каково это – быть родителями восьми детей? С какими главными вызовами вы сталкиваетесь ежедневно и где находите энергию на то, чтобы держать всё это на своих плечах?
– Я же не сразу стала мамой восьми детей. Всё начиналось постепенно: первый ребёнок, второй, третий… Мы втягивались в это плавно, и со временем сложилось так, что их стало восемь. Сейчас с нами постоянно проживают пятеро младших, старшие уже живут самостоятельной жизнью. Поэтому со стороны это выглядит сложнее, чем есть на самом деле. Единственное, что сохраняется всегда, – колоссальная ответственность. Ты переживаешь за всех без исключения. Даже те, кто живёт отдельно, находятся под моим материнским крылом, все тревоги распространяются на всех одновременно.
Вдохновение черпаю в вере. Мы воцерковленная семья, ходим в храм. Я воспитываю детей с Божьей помощью, потому что только с этой опорой можно совершить такой труд. Плюс ко всему я просто люблю детей и всегда хотела большую семью. Самое сложное – это общественное мнение. В двухтысячных годах большие семьи были редкостью, мне приходилось бесконечно отвечать на вопрос: «Зачем вам третий ребёнок? А четвёртый?» Со временем я неожиданно для себя поняла, что никому ничего объяснять не нужно, да и не хочу. Много детей – это моё решение. Задевает ещё один распространённый и надуманный миф, что в многодетной семье дети якобы недосмотрены. Меня обижает фраза: «Ну тебе какая разница? Четверо или пятеро – у вас там незаметно». Это вообще неправда. Каждый член семьи – очень заметный человек, который требует огромного внимания. Выделить личное время для каждого ребёнка – вот настоящее искусство в многодетной семье.
– Что вы отвечали тем самым критиканам? Пытались доказать свою правоту?
– Поначалу пыталась объяснить, но потом перестала. Мне очень понравилось выражение Жванецкого: «Родителей надо любить, а детей надо хотеть». Детей любого количества надо именно хотеть. Позже я поняла, почему люди задают такие вопросы. Часто они пытаются уличить нас лишь потому, что сами себе не могут разрешить иметь много детей. Сейчас я отношусь к этому с сожалением. Люди иногда воспринимают рождение детей как досадную оплошность, не понимая всей глубины этого решения.
– Расскажите историю вашей семьи. Как вы оказались в Чаре?
– С первым мужем, Евгением, мы поженились в 2000 году, познакомились ещё в школе в 1996-м – была общая компания. После окончания школы Женя поступил в железнодорожный техникум в Тынде, я – в медицинскую академию в Ярославле. Три года мы жили в письмах, он писал мне каждый день, ездили друг к другу в гости. После свадьбы уехали в Ярославль, там родился наш первенец Матвей. Я тогда училась на четвёртом курсе, академический отпуск не брала – нам помогали бабушки. А потом Женя твёрдо сказал: мы едем в Чару. Его родители строили БАМ, работали на железной дороге. Я сопротивляться не стала, ведь тоже любила и люблю наш суровый север. Мои мама и папа – геологи, которые всю жизнь посвятили освоению недр богатейшей каларской земли. Здесь мы сразу пошли работать: он – на железную дорогу, я – врачом в районную поликлинику. Декреты у меня были крошечными. Специалистов-педиатров не хватало, поэтому после больничного листа я выходила на работу, а с детьми сидели няни. Наши дедушки с бабушками тогда ещё вовсю трудились.
– Как распределяются роли в вашем большом доме? Есть ли система дежурств?
– Никакого принудительного распределения нет. Просто надо видеть в детях, кто к чему более склонен. Заставлять ребёнка делать то, что он не любит, совершенно бессмысленно. Старший сын Матвей по натуре хозяин, ему важно чувствовать ответственность. Лукерья больше любит хозяйство и двор, она никогда не умела сидеть с малышами, зато прекрасно управлялась с коровами и собаками. Арина, наоборот, прирождённая мама, готовая заботиться о младших, с огромным удовольствием возится с братьями и сёстрами. Ерёмка обожает убираться, его не нужно просить протереть пыль. Тихон находит общий язык с самыми маленькими.
Я делаю большую часть домашних дел сама, получая от этого удовольствие, и говорю детям: «Это мой дом, я отдыхаю, когда в нём прибираюсь. У вас будут свои дома». Я стараюсь давать им задания, которые им нравятся. Заставлять мыть посуду бессмысленно – вырастут и будут говорить, что ненавидят это всю жизнь. Но все они у меня очень ответственные: если видят, что нужна помощь, подходят и делают. При этом и детство никто не отменял.
Невидимые нити поколений
– Большая семья должна держаться на каких-то мощных традициях. Что объединяет вас?
– Наша главная традиция – дни рождения. Их так много, что практически каждый месяц у нас собирается около двадцати человек: вся наша большая семья, друзья детей, бабушки, дедушки. Я обязательно пеку торт сама, пусть он получается не таким красивым, как из магазина, но дети должны запомнить запах маминой выпечки. Мы водим каравай, душевно разговариваем, вспоминаем, кто как родился. Никаких модных квестов мы не устраиваем.
Ещё одна нить, связывающая поколения, – составление генеалогического древа. Этим уже более десяти лет занимается моя мама Людмила Петровна Столярова. Она раскапывает архивы, сканирует старые фотографии. Дети помогают ей, когда необходимы современные компьютерные технологии. Например, они смогли сделать цветными старые снимки наших предков. Это так удивительно! Например, осознание того, что наши прапрапрабабушки были когда-то такими же маленькими, бегали, тёрли ноги сандалиями. Понятно, что пока в силу возраста дети не очень интересуются историей рода. И это нормально, молодёжь направлена вперёд, ей кажется, что есть только здесь и сейчас. А вопросы начинают возникать в гораздо более старшем возрасте, когда уже и спросить-то не у кого. Для них, когда они достигнут зрелого возраста, и составляется история нашего рода.
– Расскажите, кем были ваши предки.
– Маме удалось найти родственников до шестого колена. Все они были людьми разных профессий, в том числе работали и медиками, и хлеборобами-пахарями. Жили в разных регионах страны, и на севере тоже. Все трудолюбивые, основательные. Были и многодетные семьи. Например, у моей бабушки (маминой мамы) было четверо детей. Родились они в Чаре в самые тяжёлые для страны годы – довоенные, военные и послевоенные, когда воду приходилось таскать с реки, а дрова добывать вручную в лесу. Все выросли достойными людьми. Чем больше узнаю о своих предках, тем больше становлюсь уверена в том, что люди прошлого не были дремучими. Напротив, в них были знания и мудрость, накопленные веками, они к жизни были приспособлены лучше, чем мы. Ведь они должны были в голове держать столько информации о хозяйстве, быте, воспитании детей, при этом были крепки физически. Составление нашей родословной укрепило понимание того, что русский народ сильный, никогда не сломается. А женщины – сколько всего они вынесли на своих плечах! Когда у меня умер муж и я осталась одна с детьми, поняла, каково это тянуть на себе дом, хозяйство. Это пальчиком по клавиатуре бить, кажется, что к вечеру устал, с работы пришёл. А ты лошадь поймай, запряги её.
Испытание потерей: чудо единения
– Расскажите о вашем доме. Вы держали целое фермерское хозяйство.
– Дом мы начали строить в 2004 году. Толчком послужила болезнь дочери Арины, у неё обнаружили сахарный диабет. Врачи сказали, что ей нужна строгая диета, а купить качественные продукты в ту пору было сложно и дорого. Муж мечтал о земле, и эта ситуация его подстегнула. Мы быстро возвели брусовой дом, завели огород, кур, свиней и даже лошадей. Женя сам спроектировал дом от фундамента до крыши, я храню все его чертежи. Он привёз из дома своей бабушки из Могочи старинную мебель своего деда-краснодеревщика. Старинный буфет, этажерки, зеркала стоят у нас в столовой. Сохранили бабушкин венский стул – её единственное приданое, с которым она выходила замуж. На окнах резные наличники. Жене это нравилось, он с удовольствием всё это делал.
У него была мечта развивать экологический туризм. Но у него случился сердечный приступ, и вмиг его не стало. После смерти Жени поддерживать такое огромное подворье одной стало физически невозможно. Сейчас мы оставили только куриц, выводим в инкубаторе породистых птиц – дети любят домашние яйца. Мечтаем завести пару телят, но лето в зоне рискованного земледелия бывает слишком дождливым, накосить сено – огромная проблема.
– А как вы так умудряетесь распределять время, что всё успеваете?
– Я составляю себе чёткий план, текущие дела делаю обязательно. Утром встали, постели заправили, умылись, в садик, в школу отвели, обед приготовили. На день всегда планирую какое-нибудь одно дело. Вот сегодня мне нужно наломать веников на баню, вчера я занималась уборкой в гараже. Если сделала больше – прекрасно. Но это дело я стараюсь всегда выполнить. А представляете, в году 365 дней – 365 больших дел.
– Потеря супруга с семью детьми на руках – испытание, которое ломает многих. Что помогло вам выжить?
– Мне повезло, что к тому моменту я была глубоко верующим человеком. Церковь готовит нас к мысли, что земной путь конечен. Конечно, стадии горя – отрицание, гнев, отчаяние – я прошла. Но паника была скорее житейской: трёхмесячный ребёнок на руках, шестеро старших, которых нужно кормить, огромный покос впереди, техника, стройка. Мой старший сын Матвей остался за главного мужчину в доме в 21 год. Это было для него непосильно. Было страшно жалко себя. И тут случилось чудо единения. Нам помогали абсолютно все. Казахи, узбеки, соседи, прихожане храма, люди, с которыми я едва здоровалась. Они везли продукты, чинили ворота, помогали с техникой. Совершенно, казалось, посторонние люди говорили мне: «У нас не принято так, что вдова с детьми остаётся одна». Если бы не эти люди, я бы не вытянула. До сих пор всем и каждому в отдельности я безмерно благодарна. А в храме обязательно ставлю свечи за всех прихожан нашего храма, за всех православных и неправославных людей, кто помог в это время выжить. Мы с Женей вместе прожили 23 года, столько создали: построили дом, детей растили. И, конечно, я всё время его вспоминаю, дети тоже. В нашей семье это не запретная тема. Напротив, когда у кого-то из детей в жизни случается что-то важное, я всегда говорю: «Папа вами гордится».
Вторая глава жизни
– Как дети приняли нового человека в доме – вашего второго мужа, Юрия?
– Юра появился в нашей жизни органично. Он был другом покойного мужа, часто пересекался с ним по работе. Сразу после трагедии он просто пришёл и начал помогать – чинить, косить, возить. Дети видели эту заботу. Получилось, что трудности нас сблизили. Мы стали общаться, появились общие интересы.
Когда через год он стал оказывать мне знаки внимания, старшие первыми сказали: «Мама, это здорово!» Потом решили, что дальше двигаться в жизни будем вместе. Для малышей он стал защитой. Любочка, которой было всего три месяца, когда умер родной отец, называет Юру папой. Остальные зовут по имени, но относятся с глубочайшим уважением. Они знают: Юрий – святой человек, он выручил нас в тяжелейшей ситуации. Его взрослые дети от первого брака тоже стали частью нашей семьи, мы дружим и регулярно ездим друг к другу в гости.
– Недавно ваша семья снова пополнилась. Рождение Серёжи в 44 года – это осознанный шаг?
– Это волшебная история. Мы были в Свято-Введенском Толгском женском монастыре в Ярославле, как раз была годовщина смерти Жени. Монахиня вдруг сказала мне: «Напомни имена детей, я буду за них молиться». Я перечислила всех, а она добавила: «…и Марк». Я удивилась: «У меня нет Марка». Она улыбнулась: «Будет». Осенью мы расписались с Юрой, и я забеременела. Наш младший сын Сергей родился 8 мая, в день Святого Марка Евангелиста. Назвали его в честь Сергия Радонежского, к мощам которого я прикладывалась, молясь о семейном благополучии. В 44 года рожать легко – ты уже спокоен, никуда не торопишься, не пытаешься никого воспитать по шаблону. А к бессонным ночам относишься философски.
Депутаты Законодательного собрания края приняли решение о награждении родителей Забайкалья медалями «За родительскую доблесть» II и III степеней. В числе девяти семей и Ольга Сорокина из Каларского округа, которая удостоена медали II степени.
Медалью «За родительскую доблесть» награждаются родители (усыновители), которые проживают на территории Забайкальского края, воспитывают и (или) воспитали пятерых и более детей – граждан Российской Федерации, образуют социально ответственную семью, ведут здоровый образ жизни, обеспечивают надлежащий уровень заботы о здоровье, образовании, физическом, духовном и нравственном развитии детей, полное и гармоничное развитие их личности, подают пример в укреплении института семьи и воспитании детей.
Главный принцип воспитания – цельный человек с пелёнок
– Кем растут ваши дети? Вы направляете их или даёте полную свободу выбора?
– Главный принцип воспитания – видеть в ребёнке цельного, уважаемого человека с пелёнок. Нельзя обесценивать их переживания. Если плачет – значит, ему плохо, это не каприз. Второй принцип – дети идут вслед за родителями. Не мы крутимся вокруг них, а они смотрят на нас. Если ты кричишь на слабого, ребёнок будет кричать на собаку. Старший сын Матвей – геолог, пошёл по стопам моих родителей. Арина учится на психолога в Томске – её собственная борьба с диабетом научила её глубокому сопереживанию. Лукерья – будущий ветеринар, её страсть к лошадям началась в первом классе, когда папа пообещал жеребёнка за отличные оценки. В ней я вижу продолжение своего медицинского призвания. У нас у обоих пациенты не разговаривают, а температуру и степень заболевания определяем по мокрому носику.
Вера – творческая натура, много рисует и размышляет. Тихон – спортсмен, занимается карате и хоккеем. Еремей – наш домашний химик, вечно что-то смешивает. Все они невероятно дружны. Старшие создали свой чат, решают проблемы друг друга, оберегают меня от волнений. Если я жалуюсь на что-то, тут же включаются в решение общих проблем.
– Какой главный совет вы бы дали семьям, которые боятся рожать второго или третьего ребёнка?
– Не прогнозируйте своё будущее. Всё, что мы планируем наперёд, – неправда, всё будет иначе. Бесполезно бояться будущего, оно ещё не произошло. Дети не препятствие ни для брака, ни для счастья, ни для активной жизни. Вот многие говорят: «А вот дети родились, уже не поедешь». Мы всегда ездили, путешествовали, и никак это не мешало.
Принимать решение против жизни нельзя ни при каких обстоятельствах. Отказ от рождения ребёнка оставляет отпечаток на всю дальнейшую жизнь, женщина помнит об этом всегда. А рождение никогда не делает будущее плохим. Бог дал зайку – даст и лужайку. Это не банальная поговорка, это абсолютная правда нашей жизни. Она безгранична и всегда открывает возможности с появлением нового человека.
