22 июня – день, когда стираются границы между прошлым и настоящим. В 5 лет в поле, наравне со взрослыми; после Победы – восстанавливать страну, не позволяя себе сломаться.
История Александры Михайловны Гордеевой, ребенка войны, – это не просто воспоминания о страшных днях 22 июня 1941 года. Это голос поколения, это стойкость, подвиг матерей, вкус добытого по́том хлеба и творчество, ставшее данью памяти для сегодняшних бойцов, – всё это напоминает нам, что память – это не дата, это жизнь, прожитая вопреки всем испытаниям.
Она родилась 6 декабря 1938 года, в предвоенное время. В доме, где росла Шура, всегда было шумно – пятеро детей: Катя, Вася, Гоша, Надя и она, самая младшенькая. Счастье длилось недолго. Когда отца забрали на фронт, Шуре было всего два года.
«Надя сидела, укачивала меня в качалке, – вспоминает Александра Михайловна. – Папа подошёл, меня поцеловал, Надю по головке погладил. Она потом говорила: «Ты, Шура, счастливая, а я несчастная, потому что папа тебя поцеловал, а меня по головке погладил».
Он ушёл. Прибежали старшие, мама сказала: «Папка уехал на фронт». Они кинулись пешком на станцию Могойтуй, за тридцать километров от посёлка Агинское. И вот они встали на станции около рельсов. Но военный эшелон пронёсся мимо на скорости. Они так и не увидели его в последний раз. В марте 1944 года пришла похоронка.
Стихотворение про отца
Отец ушёл в сорок втором,
остались мы с больною мамой,
Не думали признаться
мы тогда,
что не увидим больше
моего отца.
А он погиб в чужом краю,
товарища от пули заслоняя.
Пришло известие потом,
о смерти папы извещая.
Я самой младшею была,
и было мне всего два года.
Тогда понять я не могла,
кто мог отнять
отца родного.
Два брата, две сестры,
что старше были,
Меня и маму берегли,
готовили дрова, косили сено
И зарабатывали хлеб
в посёлке, как могли.
А кончилась война,
стала здоровой мама,
Сестрёнки свои семьи обрели,
Два брата в армию ушли,
потом жили.
…Судьба у нас была
почти одна –
Это сестрёнки,
два братишки, мама у неё.
Но разница большая
была в том,
что был у них здоровый папа,
которого они звали отцом.
И после долгих
зимних посиделок
я шла домой от них,
словно в бреду
от безысходности,
но с гордостью за папу,
роняя слёзы на ходу.
Прошли года,
ушла из жизни мама,
которая нас пятерых
растила без отца.
Прошли года,
но дорогое слово «папа»
осталось не произнесённым
мною никогда.
Мама Полина Абрамовна болела, но надо было поднимать детей. Выручала корова Валька. Утром, только мама шла доить, Шура уже сидела с кружкой – щёки красные, ждала парного молочка. Но война не щадила даже кормилиц.
«В 1943 или 1944 году шли войска. Валька почуяла сено, что было на телеге у солдат, и пошла. Часовой кричит: «Стой!» А она идёт. Темно ведь было. Он выстрелил из автомата… наповал. Мама утром бегала по дворам, искала. А сосед говорит: «Там чью-то корову застрелили». Она упала на землю у Вальки. Плакала. А потом встала и крикнула командиру: «У меня дети! Вы стреляйте их! Чем я их кормить буду?!» Командир побледнел: «Мы же не немцы». Нам за это дали коня. Потом поменяли на тёлку. Жданкой звали», – рассказывает Александра Гордеева.
Бабушка Татьяна Афанасьевна дожила до 103 лет. Она подкармливала Шуру. Кушать хотелось невыносимо.
– Бабушка, налей суп!
– Шура, у меня квартиранты, потом.
– Я есть хочу!
Хитростью брала ухват, бабушка сдавалась: «Неси, налью».
С трёх лет Шура пела. Каждый год на ёлке она получала главный приз – пакет гостинцев, который семья ела целый месяц. Шоколадные конфетки, печенье, яблочки – для детей войны это было чудо.
«Я приду, всем разделю. Днём и ночью мама работала, за мной Надя присматривала. А Надя потом рассказывает: «Я пряник съем, хлебушек в марлечку положу, в молоко обмочу и тебе дам». Я вот до сих пор пряники не люблю. Мне бы только хлебушка», – делится Александра Михайловна.
Женщины в тылу не только работали на производстве, они шили полушубки, шапки, рукавицы – всё на фронт. Проснёшься ночью – мама сидит, шьёт.
Стихотворение про маму
Сколько пришлось
пережить нашим мамам,
когда уходили на фронт
их мужья!
Не знали, вернутся солдаты обратно или останутся
там навсегда.
А сколько пришлось
здесь работать за них
нашим мамам
в лесах, на заводах,
в больницах, в полях.
Растить нас, детишек,
младенцев, подростков, кормить, одевать и учить… и молчать.
А как собирались они
вместе поплакать,
когда похоронки
стучались в их дом!
Чужую беду за свою
принимали,
старались утешить,
помочь им во всём.
От этих невзгод они
рано старели,
но не бросали голодных сирот,
Как только могли,
они им помогали
И с ними делили
последний кусок.
Я помню войну,
когда папу забрали,
И мама стояла в проёме избы,
И папа сказал ей:
«Не плачь, дорогая,
ты постарайся,
детей сбереги».
И мама старалась:
Работала в поле,
в селе в мастерских,
Без отпусков,
праздников и выходных.
Но вот наступило
то мирное время,
когда супостату
пришлось отступить,
Да только не все
возвратились солдаты,
Не все наши дети
отцов дождались.
Мой папа ведь тоже
погиб на чужбине,
когда своей грудью
он друга прикрыл.
Пришла похоронка
за год до победы,
и нашу надежду
на встречу похоронив.
И мама моя,
поседев от печали,
поплакав втихую от нас,
сказала со стоном:
«Ну что ж будешь делать,
придётся и дальше одной
мне шагать».
«Как она всё успевала? Днём на работе, ночью за шитьём. Всегда чистота, всегда мы наглаженные. Благодаря её титаническому труду мы выжили. Потом я подросла и ходила с ней в кинотеатр, где она дежурила. Все картины пересмотрела. У меня хорошая память была: посмотрю кино – приду, перескажу, да ещё и песню спою. До сих пор помню «Жди меня», «Семеро смелых», «Свинарка и пастух», «Девушка с характером», «Весна на Заречной улице». На этих фильмах и воспитывалась. В 1946-м пошла в школу. Стала солисткой, пела так, что вызывали на бис. Меня так и звали – солистка», – вспоминает Александра Гордеева.
В школе дали участок картошки. Десять девочек и один мальчик – все работали. Александра посадила свою картошку. Сама собирала навоз, делала подкормку, носила воду с болота на коромысле.
«Прошла осень, собрали урожай. У всех картошка маленькая, а у меня большая. Данные отправили в Москву. Я заняла первое место по Читинской области, мне прислали большую бронзовую медаль и путёвку на ВДНХ. Но денег не было, и я не поехала», – рассказывает Александра Михайловна.
По окончании школы Александра училась в Красноярске на технического руководителя, потом поступила во Всесоюзный заочный институт пищевой промышленности (ВЗИПП) в Москве. Она окончила два курса и вышла замуж в Хабаровске.
С двумя детьми, Борисом и Ларисой, она приехала в Читу и устроилась на только что открывшийся камвольно-суконный комбинат техником в конструкторский отдел. Директор конструкторского отдела Николай Гаврилович и его жена Елена Павловна оказали поддержку и помощь молодой женщине. Через три месяца Александра получила комнату. Затем она перешла работать на станки, и через пять месяцев ей дали кредит, она купила столик, стулья, диван, телевизор, ковры, шторы. В 1976 году получила двухкомнатную квартиру.
А потом встретила второго мужа – Владилена Гордеева. Родился сын Саша. Мужа отправили работать в Чару.
В 1982 году Александра Михайловна приехала в Чару. Работала на БАМе старшим бухгалтером. И везде – художественная самодеятельность и спорт: бег, лыжи, копья, гимнастика.
«Как-то на соревнования по лыжам на Сюльбане, я поехала последняя и провалилась в яму по горло. Руководитель еле вытащил. Но я всё равно заняла призовое место. А однажды поехала с Сашей в Тынду на соревнования. Я его оставила со знакомой Аней и побежала. Был у меня второй номер, второе место и заняла. Прибежала – уже всё равно, какое место, – спрашиваю, где Саша. Она говорит: тут был. А там же речка, моё материнское сердце сжалось, я побежала, а он уже идёт к середине речки, камушки достаёт, такая крошечка, его бы подхватило течение, и я бы его потеряла. Я потом ночью просыпалась, переживала, что могла потерять сына», – рассказывает Александра Гордеева.
Благодаря честности, трудолюбию и стойкости Александра Михайловна заслужила уважение коллег и знакомых и однажды получила бесплатную путёвку по городам Западной Украины.
Сегодня у Александры Михайловны трое детей, девять внуков, 13 правнуков, есть и праправнучка. Сын Борис – звукорежиссёр, Александр – водитель-механик, Лариса – повар.
«Всех детей, внуков и правнуков очень люблю, переживаю и горжусь. Я могла сломаться. Но я вела здоровый образ жизни, занималась общественной деятельностью и мне встречались хорошие люди. Спасибо им!» – сказала Александра Гордеева.
Александра Михайловна пишет стихи всю жизнь. О маме, об отце, о судьбе. Последнее стихотворение посвятила бойцам СВО. Она читает их наизусть, смотрит в тетрадку в клеточку, но слова льются сами.
– Я всегда любила своих родителей, где бы я ни была, сколько бы мне лет ни было, всегда помнила о них.
А это вот последнее посвящается нашим ребятам, которые сражаются сейчас на Украине за нас, за наш народ, за правду.
Удоканская рябина
Удоканская рябина
указала жизни нить.
Я теперь с землёй Каларской породнилась на всю жизнь,
а свою родную сторону
вспоминаю лишь во снах –
Удоканская рябинушка
всё затмила мне сейчас.
И покинув вашу сторону,
не забуду милый край,
Где гуляла я с подругами
по чудесным берегам,
Где я видела рябинушку
в ярко-красном зипуне,
И от радости и гордости
слёзы падали во тьме.
И листочек с той рябинушки везу я к парням в часть,
Чтоб они громили ворогов, вспоминая и про нас.
Чтобы парни
с той сторонушки
приезжали к той реке
и любимую Рябинушку
обнимали, как во сне.
Чтобы милая Рябинушка
их встречала веселей,
Чтоб для тех ребят
Рябинушка стала
ближе и роднее.
И чтоб только больше
не было ни войны,
ни тех потерь,
Чтобы парни-то, рябинушки, возвратились поскорее.
История Александры Михайловны Гордеевой – живое доказательство того, что память – это не просто дата в календаре. Это когда ты помнишь вкус хлеба, добытого потом и кровью. Это когда твой личный опыт становится нитью, связывающей поколения, и когда твоя стойкость помогает тем, кто сегодня нуждается в поддержке. Она – символ поколения, которое выстояло, построило и продолжает жить, не забывая уроков прошлого, но обращая их в силу для настоящего.
